Семья, дети
08.01.2020
61

Роды в Испании и в России. Стоит ли ехать в Европу, если здесь не нравится

Автор: Дарья Рощеня / …Вспоминаю рассказы подруг об унижениях в роддомах, родителях, отказывающихся помогать, ведь «мы-то как-то справлялись», о депрессии, когда даже знакомый может прервать тебя словами: «Ну, ты зажралась, чушь это все, учись быть хорошей матерью». Женщина выбрасывается из окна с младенцем, запирает ребенка дома без еды и воды и уходит – а вокруг слышно «ну и дура», «психбольная», «таких в дурдоме держать», «куда опека смотрит, давно стоило отнять у нее детей». Дарья Рощеня – о том, почему мы так токсичны и как это можно изменить.
– Мы ждем ребенка, – делится радостью испанский знакомый. – Вики родит весной.

– Круто! И как все проходит? – интересуюсь я.

– Прекрасно. С первыми родами было непросто. Вики тогда бросил парень, проблемы с работой, тяжелый токсикоз… Врачи к ней теперь сверхвнимательны.

– Опять токсикоз? И, прости за нескромный вопрос, дорого обходится наблюдение?

– Если до беременности платную страховку не сделал, тебе ее просто не дадут. Так что все бесплатно. Внимательны из-за послеродовой депрессии, которую Вики тогда перенесла. Таких женщин в Испании ставят на особый учет. С ними работает психолог, которого приходится посещать в обязательном порядке. Надеюсь, в этот раз нам удастся избежать нервных срывов. Здесь популярны партнерские роды, а это лучшая поддержка, которую я, как муж, могу оказать…

…Моему знакомому чуть больше тридцати. Он русский, но за четыре года в Барселоне успел овладеть в совершенстве колоритным языком, изучить культуру и историю, а еще отрастить бороду благородного дона. Нездоровый интерес к положению рожениц в Испании его несколько удивляет. Приходится объяснять, что в России партнерские роды только недавно стали бесплатной услугой. Реализуется она не везде, да и желающих рожать с женами маловато, потому что «ни к чему это мужикам». Психолог для многих специалист сродни шарлатану, который еще и стоит космических денег…

На улице Барселоны птичий гомон детских голосов. Только что закончились школьные уроки и прохожие маневрируют среди малышни, несущейся к родителям с макетами планет из папье-маше. В музеях толпы школоты. И там дети тоже чудовищно галдят. Правда, никого это не раздражает, скорее напоминает – всюду жизнь.

«Нечего по музеям с детьми шастать. Дома сидеть надо…» – тут же вспоминаю избитую фразу, которую слышу от соотечественников 17 лет своего материнства. А еще – как, сгорая от стыда, одной рукой укачиваю орущего ребенка, другой везу коляску, безостановочно ловя осуждающие взгляды… Вспоминаю рассказы подруг об унижениях в роддомах, родителях, отказывающихся помогать, ведь «мы-то как-то справлялись», о депрессии, когда даже знакомый может прервать тебя словами: «Ну, ты зажралась, чушь это все, учись быть хорошей матерью». Личный опыт субъективен, конечно, но когда женщина в России выбрасывается из окна с младенцем, запирает ребенка дома без еды и воды и уходит на неделю в неизвестном направлении, сограждане тоже крутят у виска. «Ну и дура», «психбольная», «таких в дурдоме держать», «куда опека смотрит, давно стоило отнять у нее детей». Все это я читаю в комментариях к новостям.

Удивительное рядом. Вы уже заметили разницу с нашей страной?

Что это? Дефекты восприятия? Аномалии коммуникации? Почему мы так токсичны?

Тех, у кого была, есть, будет легкая или тяжелая форма депрессии, кому просто тяжело, грустно, кому необходима поддержка – не одна и даже не две, а множество. Не только женщин. Почему там, в далеких европейских странах, это понимают, а здесь игнорируют и презирают? Знаете анекдот? Женщина объясняет подруге, почему хочет сменить православие на католичество: «Там сервис лучше». Там – лучше сервис?

Стоп. Знаю, что будет дальше. Недовольные кинутся писать комментарии: «Не нравится, поезжай жить в Европу». Но именно это – навешивание ярлыков, навязываемое чувство вины, общая бесчувственность – разрушает нас всех.

Тут же вспоминаю, что имею в руках оружие массового поражения, причем самое настоящее. И это оружие – Слово. По первому образованию я историк и учитель истории. Пусть недолго проработав в школе, но я знаю, как слово влияет, формирует, воспитывает, как делает человека цельным, как преображает до неузнаваемости… А значит, я могу, нет, не информировать и пугать подробностями об очередной мамаше, вышедшей в окно. Не провоцировать читателей хвататься за сердце от леденящей истории о девочке, у которой резинка для волос вросла в кожу… Я могу находить лучших специалистов, блестящих собеседников, своих коллег-психологов, чтобы просвещать.

В этом году «Правмир» выпустил серию статей с перинатальным психологом Верой Якуповой. Мы приоткрыли завесу над проблемами, с которыми сталкивается будущая мать, хотя, казалось бы, нет ничего более естественного, чем роды.

Мы говорили с блестящими подростковыми психологами Кириллом Хломовым и Инной Пасечник о бедах, с которыми сталкиваются подростки. О том, почему взрослые, которые сами были подростками, упускают и не понимают своих детей, как родители попадают в ловушку детоцентризма и чем это чревато.

Мы размышляли вместе с замечательным Петром Дмитриевским о том, почему люди расстаются, можно ли заставить любить, наконец, почему роль мужчин в обществе меняется и будет ли меняться дальше.

Мы спорили с прекрасным социологом Ольгой Исуповой о тенденциях в социуме, об интенсивном материнстве, которое противопоставлено набирающему обороты движению чайлдфри.

Мне всегда было интересно, как мыслит большинство, чем руководствуется, что именно движет этим коллективным сознанием. Еще интереснее, что с этим можно сделать. Достаточно ли всей страной поехать в Европу, увидеть, как там относятся к детям, чтобы научиться быть рядом с детьми позитивными, не поднимать на них руку и не обесценивать на каждом шагу? Нужно ли в метро ежедневно говорить о необходимости уступать место старикам, беременным и детям – если напоминать, что-то изменится? А если каждый ютьюбер будет заканчивать свои видео фразой: «Кстати, поход в музей с детьми продлевает жизнь», то Карфаген будет разрушен, это поможет не пугаться детей в художественных галереях?

С трудом верится, но попробовать-то можно. И я пробую, потому что пока дышу – надеюсь. Надеюсь, что, благодаря и моим статьям в том числе, страдающие не будут чувствовать себя одинокими, а те, кто прежде не замечал их, найдут в себе силы протянуть руку, да хотя бы не осудить, смолчать, сдержаться, наконец, вздохнуть со словами «помоги им, Господи!»

Хочу пожелать нам всем в будущем году человечности, любви, которой хочется и получается делиться, терпения к близким и ближним. А еще никогда не останавливаться в своем развитии, ведь знание – это сила. Я, как журналист «Правмира», буду делиться с читателями только важным, только полезным, только тем, что будет укреплять в нас всех веру друг в друга и Бога.